[0:01]Виолончель, когда я думаю о ней, я сразу ощущаю себя влюблённым.
[0:13]И как все влюблённые, перестаю видеть всё, кроме прекрасного, своей любимой.
[0:25]Если более конкретно, когда я думаю о своей виолончели, на которой я играю почти всю жизнь, то я невероятно чувствую, ощущаю, что прикасаюсь к этому инструменту, прикасаясь к этому дереву, я воспринимаю его не просто как дерево, дерево поющее, дерево говорящее, что для меня является очень важным. Инструмент как бы приобретает одухотворённые человеческие черты. Виолончель, которая сегодня имеет столько почитателей, которая так прекрасно звучит на всех континентах, которая имеет столько превосходных исполнителей, виолончель, проделавшая огромный путь в историческом плане, во временном плане. И сегодня главное, что она достигла, это то, что её роль в музыке, сложившаяся поначалу как вспомогательный инструмент, он очень важный, прекрасный, нужный. Сейчас заявила о себе в полный голос как инструмент солирующий, который может увлекать людей, волновать людей. И те, кто отдали частицу своего сердца этому инструменту, знают, что они ищут в нём. Они ищут в нём того, что для меня является самым главным в исполнители, в исполнительстве, самой главной задачей и целью, очень трудно достижимой, но прекрасной, если она достигается, говорить, говорить о чём-то очень важном, сокровенном, прекрасном, увлечь людей, взволновать людей. Дождаться того чуда, которое бывает не всегда, когда всё отходит на второй план, инструмент, исполнитель, остаётся только главное, очевидно, цель создателя, композитора, музыки с большой буквы, музыки. Остаётся творчество.
